В сознание он пришел не скоро, когда начался дождь и ледяная вода потекла по его лицу и по спине. Через некоторое время он почувствовал, как кто-то тащит его на другую сторону дороги, под навес, где стояли на привязи ослы.

Он открыл глаза и при свете, струившемся из окон таверны, различил лицо старика нищего, лысого и беззубого.

— Кто ты? — спросил он.

— Лучше скажи, кто ты такой. Никогда ничего подобного не видел. Эти трое возникли из ниоткуда и устроили там настоящую бойню… а потом исчезли. Столько шума из-за какого-то оборванца…

— Я не оборванец.

— Да уж, действительно, как это я сразу не распознал. — Старик подтащил его к стене и укрыл соломой. — Погоди-ка, большой человек, — проговорил он. — Быть может, у меня осталось вино. Меня им одаривают за то, что я всю ночь слежу за ослами. Пей, проглоти хоть капельку: это тебя согреет. — Старик участливо наблюдал за тем, как он пил. — Если ты не нищий, то кто же ты тогда?

— Я зарабатываю на жизнь тем, что учу людей читать и писать, но я…

— Что — ты?

Губы его скривились в гримасу, вероятно, он пытался улыбнуться.

— Я был правителем самого могущественного и богатого города в мире…

— Ну да, конечно. А я — царь персидский.

— Мой отец был самым великим человеком нашего времени… Дай-ка мне еще немного вина.

— Что за сказки ты мне рассказываешь?

Учитель сделал несколько больших глотков.

— Ну а что ты постоянно носишь с собой в этой суме?

— Красть там нечего. Это… его история. История человека, ставшего правителем почти всей Сицилии и значительной части Италии, в бесчисленных схватках громившего варваров, изобретавшего всевозможную военную машинерию, никогда прежде не виданную, мановением руки переселяющего целые народы, воздвигшего самую неприступную в мире крепость всего за три месяца, основывавшего колонии на побережье Тирренского и Адриатического морей, женившегося на двух женщинах в один и тот же день… он единственный из эллинов, кто был способен совершить такое.